Глобальная архитектура международных резервов вступает в фазу серьезных перемен. Согласно свежему отчету британского аналитического центра — Форума официальных валютных и финансовых институтов (OMFIF), — центральные банки стран мира впервые за три года зафиксировали четкий стратегический разворот: они планируют сокращать долгосрочную зависимость от доллара США сообщает Bloomberg. Этот тренд, распространяющийся также на государственные пенсионные и суверенные фонды, знаменует собой новую главу в процессе дедолларизации, который ранее носил скорее декларативный или тактический характер, а теперь приобретает черты структурной политики.
О чем говорит опрос: методология и контекст
OMFIF — авторитетный независимый форум, объединяющий центральные банки, суверенные фонды и регуляторов финансового рынка со всего мира. Его ежегодные опросы управляющих резервами считаются одним из наиболее репрезентативных индикаторов настроений в среде институциональных инвесторов государственного сектора. Результаты последнего исследования, опубликованного во вторник, впервые за трехлетний период наблюдений зафиксировали чистый отрицательный настрой в отношении доллара: респонденты не просто рассуждают о теоретической диверсификации, но декларируют конкретное намерение сокращать аллокацию в долларовые активы на долгосрочном горизонте.
Принципиально важно уточнить, о каких именно странах идет речь. Отчет OMFIF не выделяет какую-то одну группу государств — он охватывает широкий спектр респондентов, представляющих как развитые экономики (advanced economies), так и развивающиеся рынки (emerging markets). Именно эта двойственность и составляет главную интригу текущего момента: дедолларизация перестает быть исключительно нарративом стран глобального Юга и начинает проникать в стратегии резервных управляющих развитых государств.
Развитые экономики — ставка на евро
Для центральных банков и государственных фондов развитых стран ключевой альтернативой доллару выступает евро. Этот выбор продиктован несколькими факторами. Во-первых, еврозона остается вторым по величине и глубине рынком суверенного долга в мире, предлагая достаточный объем высококачественных ликвидных инструментов, способных абсорбировать переток резервов без существенного ценового шока. Во-вторых, процесс нормализации денежно-кредитной политики Европейского центрального банка и повышение доходностей европейских бондов сделали номинированные в евро активы более привлекательными с точки зрения кэрри-трейд.
Кроме того, усиливается роль евро как якорной валюты в торговых и финансовых потоках внутри европейского континента, а также в энергетических контрактах, что повышает спрос на него как на резервный актив. В условиях, когда фискальная экспансия в США и риски, связанные с потолком государственного долга, создают повышенную волатильность на рынке трежерис, развитые экономики ищут способы хеджирования суверенных рисков американского эмитента, и евро представляет собой наиболее очевидный и зрелый ответ.
Развивающиеся рынки — фокус на юань
Противоположный полюс предпочтений занимают развивающиеся рынки, для которых главным бенефициаром перераспределения резервов становится китайский юань (ренминби). Этот тренд имеет под собой не столько конъюнктурную, сколько глубокую структурную основу:
- Диверсификация торговых расчетов. Страны Азии, Африки и Латинской Америки наращивают долю двусторонней торговли с Китаем, и переход на расчеты в национальных валютах через механизмы валютных своп-линий, предоставляемых Народным банком Китая, становится естественным продолжением торговых связей. Это снижает транзакционные издержки и устраняет валютный риск при конвертации через доллар.
- Интернационализация юаня. Китай планомерно развивает инфраструктуру для обращения ренминби за пределами материкового Китая, включая офшорные клиринговые центры, трансграничную межбанковскую платежную систему CIPS и расширение доступа иностранных институциональных инвесторов на внутренний долговой рынок Китая через программы Bond Connect. Включение китайских государственных облигаций в индексы глобальных бенчмарков (FTSE Russell, Bloomberg Barclays, J.P. Morgan) создало формальный повод для резервных управляющих увеличивать аллокацию в юаневые активы, следуя за эталоном.
- Геополитический фактор. Для ряда стран Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии и Латинской Америки юань становится не просто экономической, но и геополитической альтернативой доллару. Санкционная политика США и заморозка российских резервов в 2022 году стали катализатором переосмысления суверенного риска хранения активов в юрисдикции потенциального геополитического оппонента. Юань, при всех сохраняющихся ограничениях по конвертируемости, воспринимается как диверсификатор, способный снизить уязвимость перед экстерриториальными финансовыми мерами США.
Роль государственных пенсионных и суверенных фондов
Отдельного внимания заслуживает тот факт, что мнение о дедолларизации разделяют не только центробанки, но и государственные пенсионные фонды и суверенные фонды благосостояния. Это принципиальное расширение круга участников процесса. Если центробанки управляют резервами, руководствуясь в первую очередь критериями ликвидности и сохранности капитала, то суверенные фонды ориентированы на долгосрочную доходность и стратегическое распределение активов. Их участие в отказе от доллара означает, что тренд переходит из плоскости управления валютными рисками в плоскость межпоколенческого размещения капитала. Инвестиционные комитеты этих фондов голосуют своими портфелями за то, что будущая доходность и устойчивость активов, номинированных в евро и юане, превысит соответствующие показатели по долларовым инструментам с поправкой на риск.
Последствия и прогнозы
Наблюдаемый сдвиг пока нельзя назвать обвальным бегством от доллара — американская валюта сохраняет статус доминирующего резервного средства и основного средства международных расчетов. Однако направление вектора принципиально: впервые за три года резервные управляющие развитых и развивающихся стран синхронно сигнализируют о намерении сокращать стратегическую аллокацию в доллар. Если раньше диверсификация резервов носила характер постепенной оптимизации, то теперь она приобретает черты целенаправленной политики дедолларизации, движимой сочетанием фискальных рисков США, привлекательности альтернативных долговых рынков и геополитической переоценки валютных юрисдикций. В ближайшие годы конкуренция между долларом, евро и юанем за место в резервных корзинах мира станет одним из центральных сюжетов глобальной макрофинансовой повестки.