Страны «Большой семерки» и их партнеры согласовали координированное высвобождение до 100 миллионов баррелей аварийных запасов нефти и дизельного топлива — решение, принятое под давлением администрации Трампа и направленное на сдерживание роста цен на топливо, достигших исторических максимумов на фоне продолжающихся войн в Иране и Украине. Интервенция, координируемая Международным энергетическим агентством (МЭА), состоится в течение ближайших четырех месяцев с приоритетным высвобождением значительного объема дизельного топлива в первые 20 дней.
Президент Франции и действующий председатель G7 Эммануэль Макрон объявил о решении после экстренной видеоконференции лидеров стран «семерки», подчеркнув, что страны намерены «работать скоординированно, чтобы помочь снизить цены на нефтепродукты, в особенности на дизельное топливо». G7 также согласовала координацию графиков технического обслуживания нефтеперерабатывающих заводов, чтобы предотвратить одновременные остановки мощностей, и обязалась временно повысить коэффициенты загрузки НПЗ там, где это осуществимо.
Масштаб выпуска и механизм координации
Соглашение предусматривает двустороннюю структуру высвобождения: около 50 миллионов баррелей дизельного топлива из резервов стран ЕС и еще 50 миллионов баррелей сырой нефти из стратегических запасов государств — членов МЭА. Данная мера представляет собой выполнение ранее взятых обязательств: еще в марте, вскоре после начала войны с Ираном, МЭА скоординировало план по высвобождению 400 миллионов баррелей нефти, однако администрация Трампа критиковала Европу за недостаточно оперативное предоставление этих объемов.
Реакция рынков: Brent уходит ниже $100
Рыночная реакция последовала незамедлительно. После сообщений о готовящемся высвобождении фьючерсы на нефть марки Brent с декабрьской экспирацией упали на 3,1%, опустившись до $99,13 за баррель, а американский West Texas Intermediate (WTI) с ноябрьской экспирацией потерял 4%, достигнув $89,18.
Особенно резким было падение на рынке нефтепродуктов: европейские фьючерсы на газойль — ключевой ценовой ориентир для дизельного топлива — рухнули более чем на 5%, до $1 377 за метрическую тонну. Премия дизельного топлива к сырой нефти, являющаяся важным индикатором напряженности рынка, сократилась до $69 за баррель с $76,77 днем ранее. Аналитики Barclays, тем не менее, повысили прогноз средней цены Brent на четвертый квартал на $20 — до $115 за баррель, а прогноз на 2026 год — до $100.
Давление администрации Трампа и угроза экспортного эмбарго
Решение G7 стало прямым следствием жесткого давления Вашингтона. Администрация Трампа потребовала от Германии и Франции задействовать чрезвычайные запасы дизельного топлива, пригрозив в противном случае введением запрета на экспорт дизеля из США. Министр финансов США Скотт Бессент публично призвал европейских партнеров «ускорить выполнение своих обязательств и незамедлительно предоставить дополнительные поставки дизельного топлива», подчеркнув, что «американские фермеры, водители грузовиков и предприятия не должны нести бремя глобального дефицита дизельного топлива».
Дональд Трамп, приветствуя решение G7 в социальных сетях, заявил: «Европа только что договорилась о высвобождении огромного количества дизельного топлива, которое она хранит в больших объемах. Процесс начнется немедленно».
Угроза экспортного эмбарго имела под собой серьезные основания: США экспортируют от 1,2 до 1,5 миллиона баррелей дизельного топлива в сутки, и в августе обеспечили около половины всего импорта дизеля в ЕС. По оценкам S&P Global, запрет на экспорт мог бы вынудить американских нефтепереработчиков сократить производство почти на 2 миллиона баррелей в сутки, или на 12%, а цены на бензин выросли бы на 25 центов за галлон. Еврокомиссар по торговле Марош Шефчович предупредил, что подобные шаги будут иметь «очень серьезные последствия для наших экономических показателей», а представитель Еврокомиссии Анна-Кайса Итконен заявила: «Мы категорически отвергаем любой запрет на экспорт дизельного топлива. Запрет никому не принесет пользы». В итоге стороны пришли к компромиссу: G7 обязалась не вводить ограничений на обмен энергоносителями и нефтепродуктами между странами-партнерами.
Структурный дефицит: почему дизель оказался в эпицентре кризиса
Дизельное топливо стало наиболее уязвимым звеном глобального энергетического баланса по ряду структурных причин. Европа потребляет значительно больше дизеля, чем производит: около 70% потребления обеспечивается собственными НПЗ, тогда как остальное покрывается импортом. Дизель сложнее в переработке, чем бензин, и критически важен для грузового транспорта и сельского хозяйства.
Дополнительное давление оказали два фактора. Во-первых, Китай отменил часть экспортных поставок топлива в октябре, сократив доступные объемы на мировом рынке. Во-вторых, Россия — еще один крупный поставщик дизеля — ввела экспортные ограничения, усугубив дефицит.
Разрушительное воздействие войн на нефтеперерабатывающие мощности
Корень нынешнего кризиса — беспрецедентное сокращение мировых нефтеперерабатывающих мощностей. Война с Ираном вывела из строя более 20% перерабатывающих мощностей Ближнего Востока, составляющих 9,6 миллиона баррелей в сутки, при этом экспорт топлива из региона остается подавленным. По данным отраслевого монитора IIR, на пике конфликта были закрыты до 3,52 миллиона баррелей в сутки перерабатывающих мощностей.
МЭА еще в сентябре предупредило, что глобальная система нефтепереработки «растянута до предела»: прогноз мирового предложения нефти на 2026 год был снижен на 6% — до падения на 5,7 миллиона баррелей в сутки по сравнению с 2025 годом. Прогноз спроса также был пересмотрен в сторону понижения — до сокращения на 2,5 миллиона баррелей в сутки. Ключевые узкие места — Ормузский пролив и Баб-эль-Мандебский пролив — остаются заблокированными, а шесть месяцев потерянных поставок истощают как коммерческие, так и стратегические резервы.
Розничные цены: рекордные уровни по обе стороны Атлантики
На розничном уровне давление ощущается с особой остротой. Средняя цена дизельного топлива на автозаправочных станциях ЕС достигла исторического максимума в €2,24 за литр по сравнению с €1,59 до начала ближневосточного конфликта в феврале 2026 года. В Дании, Нидерландах и Финляндии цена превысила €2,50 за литр, в Германии достигла €2,44, во Франции — €2,37, в Италии — €2,35. В Великобритании средняя цена на АЗС впервые в истории преодолела порог в £2 за литр, что означает, что заправка среднего семейного автомобиля обходится в £110 — почти на £32 дороже, чем до начала войны.
В США цена дизельного топлива на заправках подскочила до рекордных $6,50 за галлон, что нанесло существенный ущерб американским фермерам и стало ключевым фактором внутриполитического давления на администрацию Трампа в преддверии промежуточных выборов в Конгресс в ноябре.
Ограниченность эффекта и дальнейшие риски
Несмотря на позитивную рыночную реакцию, ряд аналитиков указывает на ограниченность эффекта от высвобождения резервов. Выпуск 100 миллионов баррелей растянут на четыре месяца, и его влияние на структурный дефицит, вызванный разрушением перерабатывающих мощностей, остается ограниченным. Как отметил Уолт Ченселлор из Macquarie Group, высвобождение резервов «не решит» фундаментальную проблему нехватки мощностей по переработке.
G7 оставила за собой возможность обсудить «дополнительные высвобождения дизельного топлива по мере необходимости» в рамках МЭА в ближайшие дни. Кроме того, страны «семерки» обязались стимулировать взаимодействие с государствами, располагающими значительными перерабатывающими мощностями, для наращивания глобального производства нефтепродуктов, прежде всего дизельного топлива.
Тем не менее, учитывая масштаб разрушений нефтеперерабатывающей инфраструктуры на Ближнем Востоке, продолжающиеся атаки на танкеры в Ормузском проливе и Красном море, а также сохраняющуюся неопределенность вокруг украинских ударов по российским НПЗ, рынок дизельного топлива, вероятно, останется напряженным в среднесрочной перспективе. Координированное высвобождение резервов G7 способно обеспечить временное облегчение, однако структурное восстановление баланса спроса и предложения потребует прекращения активных боевых действий и восстановления глобальной перерабатывающей цепочки.