В пятницу 19.06.26 г. в Швейцарии ожидается подписание американо-иранского меморандума о взаимопонимании, призванного остановить боевые действия на Ближнем Востоке сразу на нескольких театрах — от Ливана до Йемена — и восстановить свободное судоходство в Ормузском проливе. Документ, насчитывающий 14 пунктов, стал результатом нескольких недель интенсивного челночного диалога, проходившего на фоне неоднократных угроз президента Трампа возобновить военную кампанию против Тегерана. Однако, как сообщает Agence France-Presse со ссылкой на осведомленные источники, стороны практически ничего не сообщили по самому сложному вопросу — параметрам сворачивания иранской ядерной программы. Это оставляет фундаментальную неопределенность для долгосрочных инвесторов и рынков энергоносителей.
Ормузский проливЕсли кратко: Из основного, США обязуются:
- снять нефтяные санкции с Тегерана и не вводить новые;
- не наращивать силы на Ближнем Востоке;
- разморозить 24 миллиарда долларов из замороженных иранских активов, половину из которых должны вернуть еще до подписания сделки;
- подготовить проект восстановления иранской экономики на сумму не менее 300 миллиардов долларов.
На что готов Иран:
- подтверждает приверженность ДНЯО;
- обязуется не создавать ядерное оружие.
Пункт о разблокировании Ормузского пролива имеет критическое значение для глобального энергетического рынка. Самый значительный пробел в анонсированных договоренностях — отсутствие конкретики по иранской ядерной программе.
Текущий меморандум — это, по сути, документ о временном прекращении огня, а не всеобъемлющее урегулирование.
Архитектура перемирия: прекращение огня на всех фронтах
Главный оперативный результат договоренностей — согласие Тегерана на деэскалацию по всей дуге нестабильности с участием подконтрольных ему прокси-сил. Речь идет о прекращении огня на ливано-израильской границе, где «Хезболла» после прошлогодней военной кампании сохранила значительный ракетный арсенал, а также о заморозке атак хуситов на коммерческое судоходство в Красном море и Аденском заливе. Для шиитских отрядов в Ираке и Сирии подразумевается отказ от ударов по американским военным объектам. В обмен Белый дом, предположительно, гарантирует отказ от новых ударов по иранским военным объектам и от дальнейшей эскалации в формате «максимального давления».
Ормузский пролив: возобновление работы жизненно важной артерии
Пункт о разблокировании Ормузского пролива имеет критическое значение для глобального энергетического рынка. Через эту узкость ежедневно проходит около 20% мирового потребления нефти и значительная доля поставок сжиженного природного газа из Катара. С момента начала серии инцидентов с танкерами и задержания судов иранским Корпусом стражей исламской революции (КСИР) в 2024–2025 годах военно-морские страховые премии (war risk insurance) взлетели до запретительных уровней, а ряд перевозчиков были вынуждены перенаправлять флот в обход мыса Доброй Надежды, что привело к росту стоимости фрахта. Возвращение пролива к нормальному коммерческому режиму в течение переходного 60-дневного периода должно снизить спотовые цены на нефть марки Brent как минимум на $4–5 за баррель за счет устранения «иранской военной премии».
Ядерный вопрос в серой зоне: обогащение урана на паузе или на весах?
Самый значительный пробел в анонсированных договоренностях — отсутствие конкретики по иранской ядерной программе. Источники Agence France-Presse указывают, что меморандум умалчивает о статусе запасов высокообогащенного урана (ВОУ), которые, как считается, были захоронены Ираном после американских ударов в прошлом году, но чей текущий уровень близок к оружейному порогу. В воскресном интервью газете The New York Times Трамп заявил, что Вашингтон продолжает обсуждать, приостановит ли Тегеран обогащение урана на срок до 20 лет. Подобный горизонт отсылает к концепции «sunset clauses» Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), которые администрация Трампа ранее критиковала как главный недостаток «ядерной сделки» 2015 года.
Таким образом, текущий меморандум — это, по сути, документ о временном прекращении огня, а не всеобъемлющее урегулирование. Режим инспекций Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) и ограничения на каскады центрифуг IR-6 и IR-9 остаются за скобками. Это создает риск того, что Иран использует передышку для дальнейшего продвижения в ядерной сфере, а Конгресс США и союзники в регионе — Израиль и Саудовская Аравия — воспримут договоренности как тактическую уступку.
Разморозка $24 млрд: цена промежуточного мира
Цитируемый меморандум предусматривает разблокирование 24 миллиардов долларов замороженных иранских активов в течение 60-дневного переговорного периода, начинающегося после подписания документа. Речь идет о средствах, хранящихся на счетах в банках Южной Кореи, Японии, Ирака и, возможно, Люксембурга, которые были заморожены в рамках режима вторичных санкций США. Разморозка такой суммы представляет собой значительную финансовую инъекцию для иранской экономики, страдающей от хронической инфляции (свыше 40% годовых) и девальвации риала. Для американской администрации этот шаг — дипломатический «пряник», но одновременно он вызовет шквал критики со стороны республиканцев-«ястребов», требующих сохранения блокировки любых ресурсов КСИР и подконтрольных ему фондов.
Инвестиционный климат и санкционный рельеф
С точки зрения бизнеса, соглашение в Швейцарии открывает окно возможностей, но крайне узкое. Многонациональные корпорации, рассматривавшие возврат на иранский рынок еще при СВПД, сегодня действуют с оглядкой на риск «snapback» — одномоментного возврата санкций ООН и США. Пока меморандум не содержит дорожной карты по снятию вторичных санкций с банковского, нефтехимического и судоходного секторов, европейские и азиатские компании не смогут проводить транзакции в долларах США, не опасаясь попасть под санкции OFAC. Фактическая реализация $24-миллиардной разморозки будет проходить под жестким контролем казначейства с использованием механизма квотирования на гуманитарные и инфраструктурные нужды, что ограничит прямой фискальный мультипликатор.
Что дальше: пятничное подписание и горизонт переговоров
Формальное подписание меморандума намечено на пятницу в Швейцарии — стране, традиционно выступающей посредником в американо-иранском диалоге. После запуска 60-дневного переговорного периода сторонам предстоит согласовать протоколы верификации прекращения огня и начать предметные консультации по ядерной программе. Отсутствие прогресса по треку обогащения урана может быстро обнулить достигнутые на оперативном уровне договоренности и вернуть регион к состоянию военной конфронтации. Для рынков пятничная церемония станет сигналом к краткосрочной деэскалации, но стратегические инвесторы продолжат хеджировать риски возобновления конфликта до тех пор, пока статус иранской ядерной программы не будет закреплен в юридически обязывающем документе с четкими параметрами ограничения обогащения урана на два десятилетия вперед.