Проведение в Ереване 4–5 мая 2026 года двух саммитов общеевропейского масштаба — 8-го заседания Европейского политического сообщества и первого в истории саммита ЕС–Армения — знаменует собой новые реалии в геополитическом ландшафте Южного Кавказа. Событие, собравшее лидеров 48 стран и глав ключевых международных организаций, вышло далеко за рамки протокольной дипломатии: оно зафиксировало формирование новой системы сдержек и противовесов в регионе, где на протяжении трех десятилетий доминировала Россия.
На фоне завершения многолетнего конфликта между Арменией и Азербайджаном, формализованного подписанием 8 августа 2025 года в Вашингтоне Совместной декларации о мире, борьба за контроль над транспортными и энергетическими коридорами региона вступила в острую фазу. Россия сталкивается с растущей конкуренцией со стороны США, продвигающих проект транспортно-энергетического коридора TRIPP, а также Турции, Европейского союза и Китая.
Двойной саммит: архитектура и сигналы
8-й саммит Европейского политического сообщества, прошедший под девизом "Building the Future: Unity and Stability in Europe", стал площадкой для обсуждения экономической и энергетической безопасности, "устойчивости демократии" и противодействия гибридным угрозам. Принципиально новым элементом стало участие премьер-министра Канады Марка Карни — первого главы неевропейского государства в истории этого формата, что эксперты расценивают как индикатор растущей напряженности между администрацией Дональда Трампа и традиционными союзниками США. Присутствие генерального секретаря НАТО Марка Рютте дополнительно подчеркнуло расширение трансатлантической рамки дискуссии.
На следующий день состоится первый в истории двусторонний саммит ЕС–Армения при участии председателя Европейского совета Антониу Кошты, президента Европейской комиссии Урсулы фон дер Ляйен и верховного представителя ЕС по иностранным делам Каи Каллас. Выбор Еревана в качестве места проведения обоих мероприятий неслучаен: по словам главы делегации ЕС в Армении посла Василиса Марагоса, это "ставит Армению в центр европейского политического дискурса, отражая текущее состояние отношений".
Ключевым практическим итогом саммита стал запуск Партнерства ЕС–Армения в сфере связанности (Connectivity Partnership), охватывающего сотрудничество в области транспорта, энергетики, цифровых технологий и межчеловеческих контактов. Соглашение предусматривает пакет финансирования в размере до 2,5 миллиардов евро в рамках стратегии Global Gateway. Кроме того, стороны объявили о создании новой Гражданской миссии партнерства ЕС в Армении (EU Partnership Mission), ориентированной на консультирование по вопросам противодействия кибератакам и дезинформации. Это особенно актуально в преддверии парламентских выборов 7 июня, которые рассматриваются как момент истины для дальнейшего вектора развития республики.
Институциональная рамка: от CEPA к стратегической повестке
Отношения ЕС и Армении опираются на Соглашение о всеобъемлющем и расширенном партнерстве (CEPA), вступившее в силу в 2021 году, а также на Стратегическую повестку партнерства ЕС–Армения, согласованную в декабре 2025 года. В сентябре 2024 года ЕС запустил диалог о либерализации визового режима, открывающий перспективу безвизовых поездок для граждан Армении сроком до 90 дней. Дальнейшим шагом стала инициализация рабочего соглашения между Frontex и Министерством внутренних дел Армении.
В 2025 году правительство Никола Пашиняна официально заявило о намерении добиваться членства в ЕС, что было закреплено принятием закона "О запуске процесса вступления Республики Армения в Европейский союз". Этот шаг стал прямым следствием разочарования в гарантиях безопасности со стороны Москвы и ОДКБ в период конфликта с Азербайджаном.
TRIPP ("Trump Route"): инфраструктурный вызов московской монополии
Центральным элементом новой региональной архитектуры выступает проект TRIPP (Trump Route for International Peace and Prosperity) — транспортно-энергетический коридор протяженностью 42–43 километра, который должен соединить основную часть Азербайджана с его эксклавом Нахичевань через территорию южной Армении.
Имплементационная рамка проекта была представлена в январе 2026 года на встрече министра иностранных дел Армении Арарата Мирзояна с госсекретарем США Марко Рубио. Согласно обнародованным параметрам, для управления проектом создается TRIPP Development Company, в которой американской стороне будет принадлежать 74% акций при 26% у Армении. Срок концессии составляет 49 лет, с возможностью продления еще на 50 лет, в течение которых доля Еревана может вырасти до 49%. Принципиально важно, что Армения сохраняет полный суверенитет над территорией коридора, включая пограничный, таможенный и налоговый контроль.
Проект предусматривает создание мультимодальной инфраструктуры: железнодорожного сообщения, автомобильных дорог, нефте- и газопроводов, линий электропередач и оптоволоконных кабелей. По оценкам Carnegie Endowment, амбициозная цель состоит в завершении строительства железнодорожной ветки к 2028 году, к концу президентского срока Дональда Трампа.
Вице-президент США Джей Ди Вэнс в ходе февральского визита в Ереван (первого в истории визита действующего американского вице-президента в Армению) охарактеризовал TRIPP как проект, который "откроет совершенно новые возможности для торговли, транзита и энергетических потоков в регионе". Тогда же было подписано соглашение о сотрудничестве в сфере мирного атома, предусматривающее инвестиции США в размере 9 миллиардов долларов в ядерную энергетику республики.
Реакция Москвы
Параллельное движение Армении в сторону ЕС при сохранении членства в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) создает уникальную политическую коллизию. На встрече с Пашиняном в Кремле 1 апреля 2026 года президент России Владимир Путин предельно жестко обозначил позицию Москвы: "Нахождение в таможенном союзе с Евросоюзом и с ЕврАзЭС невозможно. Это просто невозможно по определению".
Премьер-министр Армении, признавая принципиальную несовместимость одновременного членства в двух интеграционных объединениях, занял прагматичную позицию: "Пока возможна совместимость, мы будем оставаться членом ЕАЭС. Когда совместимость станет невозможной, мы вместе с гражданами Армении примем решение". Эта формула позволяет Еревану выигрывать время, диверсифицируя внешнеполитические и экономические связи.
Ключевым рычагом влияния Москвы остаются поставки природного газа по существенно сниженным ценам. На территории Армении также дислоцирована единственная на Южном Кавказе российская военная база — 102-я база в Гюмри. Однако по мере углубления сотрудничества Еревана с Брюсселем и Вашингтоном значение этих инструментов постепенно снижается.
Региональная разморозка: турецко-армянское сближение и "Зангезурский коридор"
Одним из наиболее значимых последствий мирного процесса становится нормализация армяно-турецких отношений. Сухопутная граница между двумя странами, закрытая Анкарой в 1993 году в знак солидарности с Баку, близка к открытию. В марте 2026 года Turkish Airlines запустила регулярные рейсы по маршруту Стамбул–Ереван. 28 апреля 2026 года в Карсе состоялось заседание совместной рабочей группы по восстановлению и вводу в эксплуатацию железной дороги Гюмри–Карс. Посольство США в Армении охарактеризовало это как "исторический прогресс на пути к мирному и процветающему Южному Кавказу".
Параллельно Баку и Ереван обсуждают интеграцию энергосистем, что может привести к созданию общего энергетического коридора Южного Кавказа. Проект TRIPP, соединяясь с Транскаспийским международным транспортным маршрутом (Срединный коридор) из Центральной Азии через Азербайджан в Турцию и Европу, формирует альтернативный евразийский транспортный каркас, снижающий зависимость от российских и китайских маршрутов.
Саммит ЕС с пятью центральноазиатскими государствами в апреле 2025 года, на котором была подписана инвестиционная программа на 12 миллиардов евро, и последующая встреча лидеров Центральной Азии с президентом Трампом в ноябре того же года подтверждают, что конкуренция за регион приобретает системный характер.
Вызовы и ограничения
Несмотря на впечатляющую динамику, мирный процесс сталкивается с серьезными препятствиями. Мирное соглашение между Арменией и Азербайджаном парафировано, но не подписано окончательно. Баку требует изменения преамбулы Конституции Армении, которая, по мнению азербайджанской стороны, содержит скрытые территориальные претензии. Пашинян пообещал провести конституционный референдум, но он запланирован не ранее 2027 года.
Внутриполитическая ситуация в Армении также далека от стабильной. Критика TRIPP со стороны оппозиции, характеризующей проект как "передачу контроля над территорией", создает риски для устойчивости внешнеполитического курса.
Наконец, геополитическая турбулентность в сопредельных регионах — продолжение конфликта на Украине и нестабильность на Ближнем Востоке — может как ускорить, так и затормозить формирование новой транспортной архитектуры.
Таким образом, май 2026 года войдет в историю Южного Кавказа как момент, когда архитектура региональной безопасности начала необратимо трансформироваться от монополии одного центра силы к конкурентной многовекторной системе.