Европейский союз вступает в фазу форсированного строительства оборонной автономии. На фоне беспрецедентного давления на Североатлантический альянс и угрозы выборочного пересмотра гарантий безопасности со стороны Вашингтона, лидеры ЕС договорились разработать операционный план активации малоизвестного, но юридически обязывающего положения о коллективной самообороне — статьи 42.7 Договора о Европейском союзе сообщает The Guardian. Этот шаг знаменует собой тектонический сдвиг в европейской геополитике, где Брюссель начинает готовиться к худшему сценарию — эрозии статьи 5 Вашингтонского договора.
От политического принципа к военно-операционному плану
Положение о взаимной помощи, заложенное в статью 42.7 Лиссабонского договора, долгое время оставалось «спящим» механизмом в тени НАТО. Пункт, введенный в правовое поле еще в 2009 году, гласит, что в случае вооруженной агрессии на территории одного из государств-членов, остальные страны обязаны оказать ему помощь и содействие всеми возможными средствами. Однако до недавнего времени это положение ни разу не подвергалось практическому стресс-тестированию, а механизмы его имплементации оставались туманными. Единственный прецедент его активации — обращение Франции после терактов 2015 года — носил скорее символический, нежели военно-технический характер.
Теперь ситуация в корне меняется. Президент Кипра Никос Христодулидис принимал лидеров на стратегическую сессию, по итогам которой Еврокомиссии дано прямое поручение «подготовить план действий» относительно реакции блока в случае внешнего нападения. Председатель Европейского совета Антонио Коста в пятницу конкретизировал задачу: «Мы разрабатываем руководство по использованию пункта о взаимной помощи». Речь идет о переводе политической декларации в практическую плоскость с участием военных штабов, юридических служб и дипломатического корпуса.
Кризис трансатлантической солидарности как драйвер
Ускоренная разработка альтернативных механизмов безопасности напрямую коррелирует с острым кризисом внутри НАТО — самым серьезным с момента основания альянса. Администрация Дональда Трампа демонстрирует намерение дифференцировать обязательства перед союзниками. Внутренняя служебная записка, распространенная, по информации Reuters, на высших уровнях Пентагона, содержит пакет опций, повергающих в шок традиционную архитектуру евроатлантической безопасности. Среди мер, рассматриваемых Вашингтоном, — приостановление членства Испании в НАТО за систематическое невыполнение целевых показателей по оборонным расходам.
Это беспрецедентный шаг, который создает опасный прецедент выборочного применения пятой статьи со стороны страны-гаранта. Кроме того, документ предполагает пересмотр стратегической позиции США по суверенным спорам, включая многолетние претензии Великобритании на Фолклендские (Мальвинские) острова. Подобные сигналы воспринимаются в европейских столицах как инструмент принуждения и запугивания, что заставляет Брюссель форсировать создание «плана Б».
Юридическая архитектура и предстоящие учения
Ключевое отличие статьи 42.7 от статьи 5 НАТО заключается в ее охвате. Если североатлантическая солидарность строго ограничена вооруженным нападением извне, то европейское положение шире и охватывает также террористические атаки и техногенные катастрофы на объектах критической инфраструктуры. Однако отсутствие централизованного командования, эквивалентного Верховному главнокомандующему объединенными вооруженными силами НАТО в Европе (SACEUR), остается главной операционной уязвимостью «европейской оборонной опции».
Ожидается, что уже в мае высокопоставленные дипломаты ЕС и представители Европейской службы внешних действий проведут закрытые настольные учения. В рамках этих штабных игр будут проработаны различные сценарии отражения агрессии без опоры на американские стратегические активы, включая спутниковую разведку, логистику и силы быстрого реагирования. Учения станут индикатором того, насколько быстро концепция «Стратегического компаса» ЕС может трансформироваться из доктринального документа в реальный оборонный потенциал.
Таким образом, статья 42.7 перестает быть юридической экзотикой и превращается в центральный элемент формирующейся архитектуры европейского суверенитета в сфере безопасности. Степень ее проработки в ближайшие недели определит, сможет ли Европа говорить с Вашингтоном с позиции стратегической самостоятельности или останется заложником трансатлантических качелей.