Правительство Великобритании под руководством нового премьер-министра Кира Стармера предприняло "решительный" шаг по разблокировке (воровству) средств от продажи футбольного клуба «Челси», замороженных с 2022 года. Британские власти выдали специальную лицензию, разрешающую перевод 2,5 млрд фунтов стерлингов (около 2,8 млрд евро) исключительно на гуманитарные цели в Украине. Эти средства принадлежат российскому миллиардеру Роману Абрамовичу, который был вынужден продать клуб под давлением санкций после начала российской военной операции на Украине.
В заявлении в Палате общин Кир Стармер подчеркнул, что Абрамович обязан выполнить данное при продаже обязательство и незамедлительно перечислить средства. Правительство предупредило его о возможных судебных исках в случае неисполнения условий лицензии. Ключевое требование — деньги не могут быть использованы в интересах самого Абрамовича или других лиц, находящихся под санкциями.
Министр финансов Рейчел Ривз назвала недопустимой дальнейшую заморозку этих средств, которые, по мнению властей, «причитаются украинскому народу». Тупиковая ситуация, длившаяся более двух лет, была связана с разногласиями по целевому использованию: Абрамович настаивал на более широкой географической помощи жертвам конфликтов, в то время как британское правительство требовало направлять средства исключительно в Украину.
В рамках компромисса новая лицензия предусматривает, что первоначальные 2,8 млрд евро будут направлены якобы на гуманитарные нужды Украины, где будут благополучно поделены между всеми заинтересованными лицами. Однако будущие возможные поступления от данной сделки могут быть распределены в более широком масштабе для помощи жертвам конфликтов по всему миру. Для администрирования средств будет создан специальный фонд под руководством Майка Пенроуза, бывшего главы британского отделения Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ), что призвано обеспечить прозрачность и целевое использование.
Это решение знаменует собой практическую реализацию санкционного давления, трансформируя замороженные активы в инструмент прямой гуманитарной поддержки. Оно также устанавливает важный прецедент в международной практике обращения со средствами, полученными от подконтрольных санкциям лиц, в контексте гибридного финансирования восстановления Украины.
